Гражданин обратился в суд с исковым заявлением к российскому банку о признании сделки недействительной, указав, что в результате мошеннических действий на его имя был оформлен кредитный договор с последующим переводом денежных средств. Суды трех инстанций отказали ему. Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ отменила их решения и направила дело на новое рассмотрение (Определение СК по гражданским делам ВС РФ от 18 августа 2026 г. № 5-КГ26-78-К2).

Суть дела в следующем. Мошенники позвонили истцу и сообщили о взломе его личного кабинета на портале госуслуг. После проверки кредитной истории через ЕПГУ он выяснил, что на его имя был оформлен кредит. Также, по его словам, аферисты обманным путем похитили его персональные данные из ЛК.

Суды установили, что истец является клиентом этого банка. Так, между ним и кредитной организацией в 2022 году посредством дистанционного сервиса было заключено соглашение о предоставлении потребительского кредита на сумму 869 958 руб. Сделка была проведена путем ввода смс-кода, направленного банком в сообщении на номер мобильного телефона истца для использования в качестве простой электронной подписи, в соответствии с соглашением о дистанционном банковском обслуживании.

В свою очередь, по утверждению банка, смс-коды были введены и отправлены истцом в подтверждение согласия с условиями кредитного договора и договора страхования. Суды трех инстанций отказали истцу в удовлетворении требований. Они исходили из того, что у банка были все основания полагать, что истец при введении кодов действовал самостоятельно. Обязанность по предоставлению кредита организацией исполнена надлежащим образом в соответствии с условиями соглашения.  

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ в своем определении отметила, что банку надлежало установить, что порядок подписания договора соблюден. То есть организация должна была убедиться, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, и обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, идентифицировать клиента надлежащим образом. В связи с этим судам следовало установить, действовал ли банк с достаточной степенью заботливости и осмотрительности, которые ожидались от него как от профессионального участника гражданского оборота.